Жил-был старик. И все у него было как в сказке. То есть лачуга на третьем этаже общежития, старуха — обычная такая старуха у разбитого корыта в виде сломанной стиральной машинки. Единственное что не так было — рыбкa. Не плывет, и все тут, да и нет печали. Сегодня старик опять в море ушел. А старуха пошла в магазин.

Море было хорошим. Оно не молчало, но старик знал, что зря плохого никогда не скажет. Он тридцать лет ходил механиком на маленьком буксире, много не знал, еще больше не хотел знать. В море была рыба, и это его устраивало. И еще в море не было старухи.

Старик рыбачил не так далеко от берега, но уже в зоне военных учений. И тут по нему жахнул из гаубицы эсминец, стоявший далеко за горизонтом.

В этот день у командира эсминца было плохое настроение. С утра ему пришла радиограмма от жены, с тем, что уходит она и вопросов просит не задавать. Командир два месяца не был дома, о причинах мог только догадываться и посему явное отклонение одной из пушек не отметил. Скорее, отметил, но ему было все равно, мысли были далеко.

У жены командира эсминца было очень плохое настроение. Сегодня ей рассказала близкая подруга, что имеет отношения с ее мужем, причем давно и счастливо. Ничего особенного в этом не было, сериалы она смотрела и книги читала, видела себя женщиной образованной и готовой ко многому. На деле все оказалось гораздо хуже, противней, и никаких тебе пляжей в Малибу и домов в Голливуде.

У близкой подруги жены командира эсминца случился просто отвратительный день. Она пошла в магазин покупать туфли. Купила. Много отдала. Похвалиться пошла к подруге (жене командира эсминца). По дороге попала в открытый колодезный люк. Слава Богу, никто не пострадал и отделалась она легкими царапинами, но пакет провалился в темноту и его быстренько смыло. Настроение было отвратительное, многое она додумала, вспомнила всю свою жизнь, неудачи свои, и, когда жена командира эсминца открыла ей дверь, выплеснула все, что успела сообразить.

У одного дорожного работника болел живот. Очень сильно болел живот. Дело в том, что не успел он взять обед из дома, так как очень спешил на работу, а есть хотелось. Поэтому было принято единственно правильное решение — пойти в магазин и купить чего-нибудь пожрать. Куплены были; булка, молоко, двести грамм колбасы. Колбаса оказалась несвежая, отчего работник слег в больницу, не успев оградить место работы предупредительными знаками.

Продавщица работала на износ, но это никто не ценил. Остатки характера она давно уже разрезала, взвесила, упаковала и продала, поэтому осталась у нее перманентная истерика и покупатели. Чеку с этой гранаты давно уже сорвали, и она была готова грохнуть на кого угодно. Сегодня в магазин зашла какая-то старуха и они поцапались из-за буханки хлеба. Причем сильно поцапались, так как начались матерные возгласы и кидание буханки хлеба в пол. Естественно, после такого инцидента все покупатели превратились в безобразных монстров, и один такой, зашедший часа через два после свары, получил свое, плохое. Кусок колбасы недельной давности.

Старуха с утра очень сильно ругалась на старика. Она не могла пережить то обстоятельство, что у старика было море, а у нее ничего не было. И стиральная машинка сломана. И есть нечего. И старик мало рыбы приносит. И пенсия никуда. И чего ты молчишь? А чего старику говорить? Взял снасть да пошел на причал. А старуха взяла свою снасть и пошла в магазин за хлебом. И там, к несчастью, мелочи на сдачу не было, и продавщица предложила сдачу на будущее перенести, как получится мол… Старухе того и надо было.

Так вроде бы и получается, что старик самоубийство совершил. Точнее, его старуха убила, только он не очень-то сопротивлялся...

Но! Вы же скажете, что так не бывает. Правильно, не бывает и быть не должно. Потому что такой круг обстоятельств просто так завершиться не может.

Эсминец промазал по лодке деда и попал в американскую субмарину, которая вышла на малую воду и смотрела в перископ на учения Российской армии. Командиру эсминца дали звание, медаль и общий почет, показали по ящику. Жена командира подумала, подумала, потом еще подумала и вернулась к нему обратно. Такой мужик просто так не валяется, и командир неделю валялся на жене, слезая поесть и выпить. По поводу примирения собрали небольшую компанию, где среди прочих присутствовали подруга жены командира эсминца, прощенная и сознавшаяся в клевете, а также старый друг командира эсминца по школе, ныне дорожный рабочий. Последние двое ушли вместе и через месяц поженились. На второй день после свадьбы подруга жены командира эсминца, млеющая от счастья, зашла в магазин, где три раза употребила слово «пожалуйста» и два раза слово «спасибо». После ее ухода продавщица день пребывала в состоянии среднем между шоком и душевным смятением, одаривая покупателей улыбками и только что прозвучавшими словами. Старуха, которая готова была в очередной раз поцапаться с продавщицей, получила свою порцию хлеба, сдачи, «спасибо», «пожалуйста», после чего шла домой спокойно, молча разминаясь с людьми и посматривая на небо. Дома ее ждал старик с рыбой. Она так же молча подошла к нему, поцеловала в лысину, забрала и пожарила рыбу. Старик крякнул, присел ненадолго, выключил телевизор и, пока старуха готовила, починил стиральную машину. Потом они ели рыбу и говорили о внуках.

Потому что все обязательно хорошо заканчивается.

2001